Красная Симфония
(Революция под рентгеном)
. Часть 2
текст взят здесь, использовался текст отсюда, смотри и здесь
материалы с сайта
http://www.IC-XC-NIKA.ru

         [«Протокол Допроса Сионского Мудреца»

   «Красная Симфония» выходила в США также и отдельной брошюрой. «Красная Симфония», то есть протоколы допроса бывшего Предсовнаркома и, после революции, полномочного диктатора Украины Хаима Раковского, можно прямо назвать: «Протокол Допроса Сионского Мудреца». Эта книга – стенографические протоколы допроса Хаима (Христиана) Раковского. Этот допрос происходит только потому, что Хаим Раковский сам, добровольно, вызвался говорить правду, только правду и ничего кроме правды. И он действительно показывает следователю следующий уровень правды. Но искренен ли Раковский со следователем, открывает ли Раковский всю правду до конца?
   Конечно, нет. Раковский открывает следователю существование «ИХ» – международной финансовой мафии, как вершителей судеб человечества. Единственно, что умалчивает Раковский, что эти загадочные «ОНИ», имеют НЕ только вполне определённую, одинаковую с Раковским национальность – еврейство, но и одинаковую религию – иудаизм. Раковский в одном месте конкретно и прямо говорит об этом следователю, что кроме того у «НИХ» есть и ещё один уровень организации+ – организованный иудаизм [ЖИДОВСТВО!!!]. Раковский называет его спинозизмом, а иудеев – спинозистами, и он объясняет почему. Дело в том, что иудейский мыслитель Барух Спиноза, в своём главном труде «Этика», ПОДМЕНИЛ понятие морали, понятием диалектики (тезис-антитезис=синтез), то есть, подменил абсолютное – относительным. В тоже самое время, понятие тезис-антитезис=синтез является главным понятием мистического учения иудаизма – Каббалы. Таким образом, именно каббалист [САТАНИСТ!!!] Барух Спиноза сказал, что морали нет, но всё относительно, развязав руки своим последователям. Сперва, представители чистого иудаизма оскорбились и отлучили Спинозу от религии иудаизма, но затем поняли практические преимущества это варианта морали, и стали печатать произведения Спинозы миллионными тиражами. Кабалистическая диалектика Спинозы позволила перманентным революционерам преодолеть мораль.

[+СЕКРЕТНЫЙ Бунд сионистов-САТАНИСТОВ. Жидовская[•][•][+][••][•][••][•+][•++] НЕЛЮДЬ постоянно подменяют понятие ЖИД (слуга диавола) понятием ЕВРЕЙ (сын еврейского народа[+], одного из многих народов мира; правда, этот народ был ПЕРВЫМ БОГОизбранным Народом) и многие ПАТРИОТЫ эту подмену-ЛОЖЬ не замечают. «Но крайне важно понимать и Русским Патриотам, и любящим свой еврейский народ, что Промысл Божий определил ослепление ЧАСТИ еврейского народа «ДО ВРЕМЕНИ; они противники и ВРАГИ Богу только на предопределённое время; со временемъ они обратятся», придя в Разум ХРИСТОВ[+], и восстановят, как ХРИСТИАНЕ, свою избранность для СПАСЕНИЯ!!!»[•] Далее мы будем использовать прилагательные от слова "ЖИД", а НЕ от слова "еврей".

   В 1976 году жид Гарольд Уоллес Розенталь за БОЛЬШИЕ деньги, бахвалясь своей богоизбранностью, дал в америчке обширное интервью, где было и такое утверждение: «“Мы [жиды] и есть богом избранные люди. Большинство евреев не любят говорить об этом, но наш [жидовский] бог – Люцифер [Левиафан][+], так что я НЕ врал, мы [жиды] его избранные люди. Люцифер – жив и очень реально!”»[+] Подчеркнём, что "сионист" – это ОЧЕНЬ мягкий термин, НЕ отражающий всю ПОЛНОТУ человекоНЕНАВИСТНИЧЕСТВА, сатанизма жидов-ЛЮДОЕДОВ. Повторим: ПОДМЕНУ-ложь понятия «ЖИД (слуга диавола) понятием ЕВРЕЙ (сын еврейского народа)» «многие патриоты НЕ замечают», мы же с Вами будем помнить, что основную массу жидовни ДЕЙСТВИТЕЛЬНО составляют евреи, но евреями-то они себя НЕ[+] считают!!! Поэтому и мы ЖИДОВ считать евреями НЕ будем!

+Здесь отмечалось: «В Новом Завете – это жиды-христоборцы, в отличии от евреев и фарисеев[+]. Мы же именно их обозначаем жидами-каббалистами, жидами-ЛЮДОЕДАМИ, жидовской[•] НЕЛЮДЬЮ, потому как конечной целью их является принесение ни одного-двух христианских младенцев в жертву их доброму богу – сатане, а покорение всего мира под ноги сатаны, то есть принесение в жертву целых народов, в том числе и огромных человеческих масс и из еврейского народа и, в первую очередь, проживавших и ПРОЖИВАЮЩИХ в России, как в той или иной мере "ПОВРЕЖДЁННЫХ" Духом Христовым, Духом третьего БОГОизбранного Русского Народа[•], Русским Духом!»

Сiя рекоста родителя его, яко боястася жидовъ: уже бо бяху сложилися жидове
Так отвечали родители его, потому что боялись жидовъ;
ибо жидове сложилися (сговорились) уже, чтобы,
кто исповѣсть (признает) Его за Христа,
того отлучать от сонмища
(Иоан. 9,22)
чтобы получить больший размер – нужно кликнуть мышью.

«Отлучение от со́нмища неминуемо приводило к побиению камнями, то есть К СМЕРТИ (Деян. 7,57-59). Отлучения от со́нмища боялись даже кня́зи мно́зи (Иоан. 12,42)»
Жиды – это НЕ национальность, это принадлежность к христоборцам (к борцам с Христом Господом, с Христом Господним[+] – с Царями-БОГОпомазанниками, с Русским Народом[•] – это ОТВЕРЖЕНИЕ Русского девиза: за Бога, Царя и Отечество!); это принадлежность к Ассуру, к ЧЕРНОТЕ, к человекоНЕНАВИСТНИЧЕСТВУ сатанизма (в этом «су́ть сатанина́ дѣ́ла и слу́гъ его́»).
   Михаил Хазин (еврей) пишет: «Выражаясь простым русским языком, прости меня Господи, "ЖИДЫ". Ну, те самые, которые из старого анекдота («Вот из-за таких как ты, жидов, нас, евреев, и не любят!»). Они Русский Народ НЕ любят, презирают и НЕНАВИДЯТ»!!!][+]

Троцкий организовал покушение Каплан на Ленина

   С помощью наших друзей Троцкий организовал покушение Каплан на жизнь Ленина. По его приказу Блюмкин убил германского посла Мирбаха. Внутренний переворот, который был подготовлен Спиридоновой, с её социал-революционерами и Савинковым, был организован Троцким. Его доверенным лицом по связи с интернациональными банкирами был проверенный человек Розенблюм – еврей, более известный под именем Рейли. Это так же был лучший агент британской разведки. В действительности, это был человек от «Них». Почему был выбран Розенблюм-Рейли, который был известен для широкой публики только как британский агент? Потому что в случае провала, вина за все убийства и насилие ляжет не на Троцкого и не на нас, а на заграницу, на Англию. Так оно и случилось!
В результате Гражданской войны мы отказались от заговорщических и террористических методов, поскольку в наши руки попала реальная сила государственного аппарата. Троцкий стал организатором и руководителем Красной Армии. До этого наши силы везде отступали перед силами верными режиму, а наша власть распространялась только на территорию древнего Московского царства.
И вдруг, как по мановению волшебной палочки, Троцкий начинает выигрывать. Вы думаете почему? Опять думаете случай, удача? Я вам прямо скажу, что когда Троцкий принял на себя командование армией, то он уже имел все необходимые силы, чтобы захватить власть полностью. Серия военных побед должна была ускорить этот процесс и увеличить его силы. Тогда уже было реально бить белых.
Вы что, верите официальной истории, что сброд, называемый Красной Армией, и был причиной этих побед?
К. - Тогда кто?
Р. - Этими победами на 90% мы обязаны «Им». Вы не должны забывать, что Белые были на самом деле демократами. Меньшевики и остатки либеральных партий были заодно с ними. Среди них, «Они» всегда имели на своей службе людей, которые служили им сознательно или неосознанно. Когда Троцкий стал командующим, этим людям было приказано систематически предавать своих, а взамен им было предложено участие в Советском Правительстве. Посол Майский был одним из этих людей, которому, одному из немногих повезло, и он впоследствии получил обещанное. Но он получил это только после того, как Сталин поверил в его лояльность.
Этот саботаж в Белой армии, плюс прекращение помощи от союзников Белым генералам, которые и без этого оказались абсолютными идиотами, повлекли поражение за поражением.
А под конец президент США Вильсон предложил свои знаменитые 14 условий мира, где был пункт 6, который один перечёркивал все надежды Белого командования на победу в этой войне.
Гражданская война укрепила позиции Троцкого как преемника Ленина. В этом нет никаких сомнений. Теперь этот старый революционер мог умереть. «Мавр сделал своё дело», и мог умереть во славе и среди почестей. Если Ленин пережил пули Каплан, то у него не было никаких шансов уцелеть в результате тайных попыток кончить его жизнь, которые к нему применили.
К. - Троцкий умертвил его? Это хорошая информация для нашего процесса. Это не Левин – доктор Ленина?
Р. - Троцкий? Возможно, он принимал участие. И вполне определённо, что он знал об этом. Каковыми бы не были технические реализации – это не важно. Важно, что «Они» имеют достаточно каналов, чтобы проникнуть везде, куда они хотят.
К. - В любом случае убийство Ленина имеет огромное значение и, наверно, лучше перенести это на следующий процесс. Что вы думаете, Раковский?
Р. - Я вам не рекомендую это. Оставьте это в покое. Это очень опасная тема и для самого Сталина. Вы можете пропагандировать, как вы можете. Но «Они» имеют несравненно более мощную пропаганду; и этот ход может заставить «Их» выставить Сталина, как убийцу Ленина. И «Их» аргументы будут более вескими, чем признания, исторгнутые у Левина, меня или ещё кого угодно.
К. - Что вы хотите этим сказать?
Р. - Существует классическое и безошибочное правило определить, кто есть убийца и злоумышленник – тот, кто получил всю выгоду. Что касается убийства Ленина, всю выгоду должен был получить Троцкий. Подумайте над этим и больше не делайте ваших замечаний, поскольку они отвлекают меня от главной темы и не дают закончить.
К. - Хорошо, продолжайте, но вы уже знаете…

   "Р. - Это хорошо известный факт, что Троцкий не унаследовал власть от Ленина, но это не потому, что план был нехорош. Когда Ленин был болен, Троцкий уже держал в своих руках всю полноту власти, и это было более чем достаточно, чтобы стать его преемником. И уже были приняты все меры, чтобы объявить смертный приговор Сталину. Для Троцкого, как диктатора, было достаточно иметь на руках письмо Ленина против своего главного подручного Сталина, чтобы ликвидировать его. Однако вот здесь вмешалась как раз глупая фортуна. В решающий момент, когда умирает Ленин, Троцкий тяжело заболевает и на несколько месяцев совсем выбывает из борьбы неспособный ни к чему. И в этот критический момент то, что было основным нашим преимуществом, а это максимальная концентрация на Троцкого - это становится нашим главным препятствием. Троцкий был подготовлен для своей миссии, а никто из нас не был к ней подготовлен. Даже Зиновьев не имел соответствующей подготовки и не мог заменить его. С другой стороны, сам Троцкий боялся, что его обойдут свои же, и не хотел никому помочь. Таким образом, после смерти Ленина, когда Троцкий остался наедине со Сталиным, который начал лихорадочную деятельность, то мы уже предвидели своё поражение в Центральном Комитете. Мы должны были быстро соображать в этой ситуации, и мы решили прикинуться союзниками Сталина, стать сталинистами, ещё большими, чем он сам, начать перегибать его палку и тем самым саботировать его политику. Всё остальное вы знаете сами. Это была наша постоянная подпольная борьба и наша неудача и победа Сталина, который как раз продемонстрировал гениальный политический талант, которому абсолютно нет равных в истории. И даже больше: Сталин возродил класс национал-коммунистов, который, наша задача была уничтожить совсем, потому что мы сами не национал-коммунисты, а интернациональные (еврейские) коммунисты. Сталин поставил Коммунистический Еврейский Интернационал на службу СССР, и Еврейский Интернационал подчинился. Если мы хотим найти историческую параллель, то мы должны указать на бонапартизм. Но если мы хотим найти историческую параллель для Сталина, то мы не найдём такой личности. Может быть только, если сложить двух людей сразу: Наполеона и Фуке. Если ещё при этом лишить Наполеона всей того любимой атрибутики: короны, императорского звания, военных форм, шпор, эполетов и прочей мишуры, которая никогда не привлекала Сталина, то мы получим из Наполеона фигуру похожую на Сталина. В главном Наполеон, как и Сталин - истребитель (ибрейской) революции. Сталин не служит ей, он делает её своей служанкой. Сталин представляет собой наиболее древний русский империализм, как и Наполеон, который идентифицировал себя с галлами. Сталин заново воссоздал в народе аристократию, хотя и не военную, но зато бюрократическую".

   К. - Хватит, Раковский, вы здесь не для того, чтобы проводить троцкистскую пропаганду. Вы к чему-нибудь конкретному перейдёте?
Р. - Я, конечно, перейду, но не раньше, чем я достигну момента, когда вы, хотя бы на поверхностном уровне, сформулируете для себя понятие «Их». Потому что с «Ними» вы будете постоянно считаться в своей жизни и деятельности. Не раньше. Для меня это более важно чем для вас, и вы должны это понимать.
К. - Хорошо, но постарайтесь быть как можно короче.
Р. - Наши неудачи становились всё хуже год от года, и всё дальше отходили от того намеченного плана, который «Они» поставили перед нами для дальнейшего движения « перманентной» (еврейской) революции. Для большинства политиков и экономистов было непонятно, что Версальский договор был наиболее решительной подготовкой мировой революции.
К. - Это любопытно. Как вы это объясните?
Р. - Версальские контрибуции и экономические ограничения были не к пользе отдельных наций. Их абсурдность была настолько явной, что даже экономисты стран победительниц были вынуждены их раскритиковать. Франция одна потребовала контрибуций больше, чем стоимость всей Франции. То есть больше чем, если распродать во Франции всё, чтобы осталась одна пустыня Сахара. Ещё худшим решением было наложить на Германию такие выплаты, которые во много раз превышали её способность, даже если бы Германия продала не только свою продукцию, но и себя самоё. Под конец так получилось, что Германия вынуждена была начать просто печатать астрономическое количество марок, чтобы хоть как-то расквитаться с контрибуциями. А что означает такое печатание денег?
- Товар исчез, товара нет, еды тоже, голод. В странах, откуда Германия импортирует, поэтому безработица, Германия не в состоянии ничего ни у кого купить. Производство в этих странах тоже встало. А поскольку в этих странах теперь тоже безработица, они тоже ничего не могут купить из Германии – и в Германии тоже безработица.
Нищета, голод и безработица на обеих сторонах: и у проигравших, и у победителей. Порочный круг. И это всё является непосредственным результатом Версальского договора. Разве это не был договор в пользу мировой революции? Было сделано даже больше: была предпринята попытка глобального международного управления. Вы хоть представляете себе, что такая попытка даёт мировой революции? Она означает анархический абсурд предъявлять к каждой национальной экономике одинаковые требования и заставить её функционировать в таком режиме, как будто нет никаких различий между странами в климате, наличии полезных ископаемых, в технической образованности рабочих и руководителей. Поэтому бедные страны для компенсации всего этого должны были вкалывать во много раз больше. Это означает конкретно, что для компенсации неравенства стран в почве, ископаемых, образования и культуры производства, рабочие и персонал в этих странах должны были эксплуатироваться во много раз больше.
Возьмём, к примеру, индустриальное оборудование. Я не буду особо вдаваться, но контроль, который наложила на всех Лига Наций в деле установления единой продолжительности рабочего дня, только означает дальнейшее усугубление экономического неравенства, поскольку совершенно не берёт во внимание цели и характер конкретного производства. Непосредственным результатом этой единой политики было падение производства, компенсируемое импортом из стран с достаточным производством, то есть из Америки. И поскольку Европа имела золотое обращение, то импорт из Америки оплачивался золотом. Поэтому в 20-е годы в Европе была экономическая катастрофа а в Америке был экономический бум, и Америка за свою продукцию получала в оплату золото и золотые сертификаты.
По примеру анархии производства в то время появилась и финансовая анархия.
«Они» под благовидным предлогом помощи тут же извлекли из этого выгоду, и раскрутили ещё большую анархию: «Они» начали избыточное печатание, инфляцию наличных бумажных денег и еще во много раз большую инфляцию их собственных денег: банкнот, векселей, акций, кредита, и других «ценных» бумаг, то есть натурально фальшивых денег.
Вспомните, как методически и регулярно проводилась девальвация во многих странах! Разрушение денежной системы в Германии. Великая Депрессия в Америке и её глобальные последствия. Рекордная безработица. Больше тридцати миллионов безработных только в Европе и США. Ну и что? Разве Версальский Договор и Лига Наций не работали на мировую революцию?
К. - Это все случается самопроизвольно и без чьего бы то ни было вмешательства. Не могли бы вы мне доказать, почему революция и коммунизм отступают перед логическими вычислениями. И более того, почему «Они» борются против фашизма, который победил в Испании и Германии?
Р. - Я вам скажу, что если вы не распознаёте «Их», и их цели, тогда вам ничего не понять. Но вы не должны забывать об их существовании и об их целях, а также то, что Сталин - не их человек!
К. - Я не вижу здесь связи.
Р. - Потому что вы не хотите. У вас гораздо больше способностей к мышлению. Я повторяю: для нас Сталин - не коммунист, а бонапартист.
К. - Ну и что?
Р. - Мы бы не хотели, что все то, что мы сделали на Версальской конференции для мировой революции, пошло на пользу сталинскому бонапартизму. Разве это не ясно для вас? Всё было бы совсем по-другому, если бы Троцкий стал диктатором СССР. Это бы означало, что «Они» снова бы стали боссами Интернационального Еврейского Коммунизма.
К. - Однако, фашизм определённо антикоммунистичен, как в отношении и сталинского коммунизма, так и в отношении троцкизма. Каким образом, если «Они» имеют такую власть, как они вообще допустили существование этого явления?
Р. - Потому что это как раз именно «Они» дали Гитлеру власть.
К. - Вы заходите за пределы абсурда.
Р.- Абсурд и чудеса смешиваются в результате отсутствия культуры. Послушайте. Я уже признал, что оппозиция разбита. Так вот, «Они» увидели, что Сталин не может быть свергнут в результате внутреннего заговора. Тогда «Они» решили поставить Сталина в такие же условия, в которые был поставлен до этого и русский царь. Однако была одна загвоздка, которая кажется для нас всех теперь не существенной. Дело в том, что во всей Европе не было государства-агрессора. Ни одно государство не было так расположено и не имело реальной силы, чтобы атаковать СССР. Если такой страны не было, то «Они» должны были создать её. Только Германия имела достаточное население и расположение, подходящее для нападения СССР, и в потенции могла нанести поражение Сталину. Вы понимаете, что Веймарская республика (То, что осталось от Германии в результате Версальского договора), была сконструирована так отнюдь не для агрессии, но, наоборот, для поражения. Тогда на политическом горизонте Германии уже светился Гитлер. Пара всевидящих глаз остановила на нём своё внимание, и весь мир внезапно увидел его стремительный взлёт. Я не говорю, что вся эта работа была наших рук дело, нет. Непрерывный подъём Гитлера, был результатом революционно-коммунистического заговора в Версале. Но Версаль имел виду создать условия отнюдь не для триумфа Гитлера, а для обнищания Германии, для голода и безработицы, в результате которых всё в Германии окончилось бы коммунистической революцией. Однако, в результате того, что Сталин очутился диктатором СССР и главой Коммунистического Интернационала, то «Они» потеряли контроль над Коммунистическим Интернационалом. «Они», конечно, подправили положение планами Дауэса (Dawes. Американский банкир. План взимания репараций с Германии, за который он получил Нобелевскую премию мира за 1925 год) и планом Янга (План репараций, который в 1930 году заменил план Дауэса. Отменён в 1932 году) в надежде, что тем временем троцкистская оппозиция придёт к власти в СССР, но… этого тоже не произошло. Однако, «Они», как источник революции, продолжают действовать. Конечно, экономика Германии, доведённая до ручки, естественно бы, вызвала коммунистическую революцию в Германии. Но «Они» немного подправляют эту ярость пролетариата: вместо коммунистической революции побеждает национал-социалистическая революция Гитлера. Это было проделано диалектически. Но это ещё не всё. Необходимо было, чтобы и в Германии троцкисты и социалисты разделили бы массы проснувшегося пролетариата в соответствии с инструкциями. Вот мы этим делом и занимались. Но требовалось большее: в 1929 году, национал-социалистическая партия Германии испытывала трудности роста – не было денег. Тогда «Они» послали к ним своего человека. Я знаю его имя. Это был один из банкиров Варбургов. На прямых переговорах с Гитлером они обговорили порядок финансирования НСРПГ, и пару лет Гитлер получал свои миллионы долларов с Уолл-Стрита. Также он получил миллионы долларов и от немецких финансистов, через Шахта. Эти деньги пошли на формирование СС и СА, а также на финансирование избирательной кампании, таким образом, что Гитлер был избран на деньги, который были предоставлены «Ими».
К. - Те, кто, по-вашему, хотят глобального Коммунизма, вооружают Гитлера, который клянётся, что вырвет с корнем первую в мире коммунистическую страну. И это что, нормальная логика финансистов?
Г. - Вы опять забываете, что Сталин не коммунист, а русский националист и бонапартист. Вспомните, что против Бонапарта, стояли люди, которые были объективно революционерами: Луи Восемнадцатый, Лорд Веллингтон, Меттерних, и волей не волей в эту компанию, сам того не зная, попал даже царь-автократ Николай Первый.
Вы должны назубок знать определение Сталина относительно империалистических колоний. В соответствии с этим, правители Афганистана и Египта являются коммунистами, поскольку борются против Британской монархии. И почему же мы не можем назвать Гитлера коммунистом, поскольку он борется против бонапартистского автократа, царя Кобы Первого? Сила Гитлера растёт, и он уже расширяет границы Третьего Рейха; и в дальнейшем сила Гитлера будет расти ещё больше, вплоть до того, чтобы иметь силу напасть на СССР и свергнуть Сталина.
Вы не замечаете, что Версальские волки симпатизируют Германии и совсем не рычат на неё, а только тихонько поскуливают. Вы думаете, это опять случайность?
Гитлер должен напасть на СССР, и также как это было в 1917 году, когда военное поражение дало возможность свергнуть царя, также и военное поражение Сталина даст возможность убрать его.
И снова пробьет час мировой (еврейской) революции! И демократические страны, которые сейчас погружены в состояние сна, будут разбужены и помогут произвести перемены в СССР, когда Троцкий снова возьмёт власть в свои руки, как это уже было в гражданскую войну.
Когда же Гитлер будет атаковать Запад, то его же генералы сделают заговор и ликвидируют его.
А вот теперь скажите мне, разве Гитлер не служит объективно мировой коммунистической (еврейской) революции? Да или нет?
К. - Я не верю в сказки и чудеса.
Р. - Хорошо, если вы не можете поверить в то, что «Они» могут достигнуть того, чего они уже достигли, тогда готовьтесь обозревать вторжение Гитлера в СССР и ликвидацию Сталина в течение уже следующего года. Вы думаете, это чудо, случайность. Тогда готовьтесь ощутить это. Вы что, действительно, отказываетесь в это верить?
Вы поверите этому, наверно, когда вы увидите, что события совершаются только в свете нашего сегодняшнего разговора.
К. - Хорошо, давайте говорить только в форме предположений. Что вы скажете?
Р. - Вы сами обратили внимание на кое-какое совпадение наших мнений. Мы, троцкисты, в настоящее время не заинтересованы в нападении на СССР, потому что падение Сталина будет означать падение коммунизма, в то время как мы не собираемся расставаться с этим оружием. Мы надеемся ещё реставрировать в СССР настоящий (еврейский) коммунизм. И это я вам точно говорю.
К. - Отлично. Решение…
Р. - В первую очередь мы должны получить гарантию, что Гитлер не нападёт на СССР.
К. - Если «Они» сделали Гитлера, то он должен им повиноваться.
Р. - Я тороплюсь и, может быть, неясно выражаю свою точку зрения, а вы никак не поймёте. Если это правда, что «Они» финансировали Гитлера, то совсем не обязательно, что он знает об их существовании и целях. Посол Варбург разговаривал с Гитлером под фальшивым именем, и Гитлер даже не догадался, кто он по национальности. Варбург также сказал неправду в отношении того, кого он представляет. Он сказал Гитлеру, что послан финансовыми кругами Уолл-Стрита, которые заинтересованы в финансировании национал-социалистического движения с целью создания угрозы для Франции, чьё правительство проводит финансовую политику, вызывающую кризис в США.
К. - И Гитлер поверил в это?
Р. - Мы не знаем. Это и не важно. Наша цель была спровоцировать войну, а Гитлер и был этой войной. Теперь вы понимаете?
К. - Понимаю. И я не вижу другого пути остановить его, как только создать коалицию СССР с другими демократическими странами, которая бы испугала Гитлера. Я думаю, что он не рискнёт атаковать сразу все страны. Может быть, если только по очереди?
Р. - Вам разве не приходит в голову более простое решение? Я бы сказал контрреволюционное решение.
К. - Избежать войны против СССР?
Р. - Укоротите фразу вдвое: и повторяйте за мной: «избежать войны». Разве это не абсолютно контрреволюционное решение? Каждый искренний коммунист, поклоняющийся своему идолу – Ленину и другим революционным стратегам, должен всегда хотеть войны. Ничего так не приближает (еврейскую) революцию, как война. Это марксистко-ленинская догма, которую вы должны были зазубрить. Теперь дальше: но Сталинский национал-бонапартизм опутывает интеллект даже самых кровожадных коммунистов в той степени, что они даже не понимают своего перерождения: что Сталин починил революцию государству, в то время как по-нашему - государство должно быть подчинено революции.
К. - Ваша ненависть в Сталину ослепляет вас, и вы противоречите сам себе. Вы только что утверждали, что вы не заинтересованы в атаке СССР?
Р. - Но почему атака должна быть непременно против СССР?
К. - А на какую другую страну он будет нападать? Он сам говорит это в своих речах. Какие вам нужны ещё доказательства?
Р. - Если это вам, сталинистам, всё так понятно и бесспорно, то почему вы спровоцировали войну в Испании? Только не говорите мне, что это было сделано по чисто революционным соображениям. Сталин (не еврей) не способен на практике выполнить ни одну марксистскую теорию. Если бы это были только революционные соображения, тогда не было никакого резона положить в Испании столько лучших международных, революционных бойцов. Эта страна находится от СССР дальше всех, и даже элементарное стратегическое образование не позволило бы терять там лучшие революционные силы. В случае официального объявления войны, как тогда бы Сталин доставлял бы снабжение для Испанской Советской Республики?
Но с другой стороны, Испания - это был стратегический пункт. Место интересов различных капиталистических государств… Можно было бы спровоцировать войну между ними. Я допускаю, что теоретически это может быть и правильно, но практически - нет. Вы же видите, что война между демократическими и фашистскими государствами не обязательно начинается сейчас же и сразу. И я вам скажу: если Сталин думал, что он может столкнуть капиталистические государства воевать между собой, то почему он не может допустить, что другие могут сделать то же самое?
К. - Можно допустить вашу гипотезу, если соглашаться с вами.
Р. - Это означает, что мы уже в двух местах сходимся: первое, что на СССР нападать не надо, и второе: что было бы здорово спровоцировать эту войну между капиталистическими государствами.
К. - Да, я согласен. Это что, ваше собственное мнение или «Их»?
Р. - Я говорю это как моё собственное мнение, потому что у меня нет власти и контакта с «Ними», но я могу поручиться, что в этих двух пунктах это мнение совпадает и с мнением Кремля.
К. - Вот это больше всего и важно, и это важно установить заранее. Между прочим, на чём вы основываете мнение, что «Они» согласны с этим?
Р. - Если бы у меня было время описать их полную схему, тогда бы вы узнали причины для их одобрения. В настоящее же время я сконденсирую их до трёх.
К. - Каких?
Р. - Одну я уже упомянул. Гитлер - простой человек, без сложностей. Гитлер, благодаря своей природной интуиции, восстановил в Германии, даже против технического мнения Шахта, экономическую систему, очень вредную для «Них» (Финансового Интернационала). Будучи не обременён экономическими теориями, и руководясь только экономической необходимостью, он убрал из страны весь частный и иностранный капитал, то есть сделал то, что мы и сами сделали в СССР после революции. Это означает, что Гитлер взял на себя привилегию и монополию печатания денег, и не только физических марок, но и финансовых (ценные бумаги и «безнал»). То есть Гитлер взял на себя весь этот фактический аппарат фальшивопечатания бумажных денег и заставил его работать на своё государство! Но Гитлер превзошёл нас, поскольку мы, отменив этот аппарат, просто заменили его своим собственным жёстким аппаратом (то есть, заменили эксплуатацию страны международным капитализмом – своей собственной эксплуатацией). А это означает, что Гитлер не оправдал надежды Финансового Интернационал, который дал ему деньги.
Я дам вам два реальных факта для сравнения. Я даже скажу, что Гитлер был счастливчик. У него не было золота, поэтому у него не было дурных попыток создать золотой резерв. И поскольку из обеспечения бумажных денег у него в распоряжении был только огромный научный и рабочий потенциал своего народа, то есть головы и руки, то он взял и положил их в обеспечение своих бумажных денег. Это было настолько контрреволюционно…потому он как по волшебству за одну ночь разом ликвидировал безработицу семи миллионов человек.
К. - Благодаря перевооружению.
Р. - Что ваше перевооружение реально даёт? Гитлер добился этого именно в мирное время, несмотря на противодействие всех буржуазных экономистов, которые его окружали, и он применил свою систему, именно и в первую очередь, к невоенному производству.
Вы можете себе представить, что бы произошло, если бы эту систему переняли бы ещё и другие государства? Например, Британия? Тогда вы поймёте, что это контрреволюция.
И опасность ещё не миновала.
Слава богу, что Гитлер применил свою систему не из предшествующей теории, а опытным путём, и поэтому у него не было времени сформулировать это научным образом в качестве формулы для подражания. Это значит, что он не обдумывал свою экономическую систему, не применял в ней дедукцию, индукцию, что он не сформулировал законченную экономическую теорию своей экономической системы для других. Однако всегда существует опасность, что кто-то это может сделать за него. И это очень серьёзно. Потому что такая теория может появиться в любой момент. Мы поэтому целенаправленно не критикуем эту экономическую систему Гитлера, чтобы не получилось так, что теоретическая дискуссия будет стимулировать формулировку и систематизацию этой эффективнейшей экономической доктрины.
Поэтому существует только одно решение – война.
К. - И вторая причина?
Р. - Если Термидор победил в результате и революции в России, то это случилось в результате того, что в России ещё оставался национализм, хотя и эмбриональный национализм, воплощавшийся в фигуре царя. Тогда представьте себе с какими трудностями революция должна была бы встретиться в Европе, где национализм существует в развёрнутой форме? Маркс на этот счёт полностью ошибался со своим тезисом победы революции в развитых индустриальных странах. Революция победила не в европейских странах, а в России, где и пролетариата почти не было. Кроме других причин наша победа в России объясняется тем, что в России не было реального национализма (!), тогда как в других странах он был выражен в гораздо большей степени. Вы видите, как сейчас в Европе вздымаются силы национализма, и как он заразителен, и как из него извлекает выгоду Сталин? Теперь вы можете понять, что только из-за одного того, чтобы разрушить национализм, необходимо сделать новую войну в Европе!
К. - То есть, Раковский, вы дали одну экономическую и одну политическую причину. Какая третья?
Р. - Легко догадаться. Это религиозная причина. Коммунизм не может быть победителем пока не истреблено христианство. История говорит ясно по этому поводу: Перманентная (еврейская) революция требовала семнадцати веков (от рождества Христова), чтобы достигнуть свою первую, частичную победу и расколоть Христианство. В действительности, христианство – это единственный наш настоящий враг (еврейства), поскольку все политические и экономические условия буржуазного общества есть только последствия христианства. Христианство, имеющее власть над индивидуумом, способно аннулировать все наши успехи даже в России, где руководящий класс, не смотря ни на что, остаётся христианским. И это препятствие, христианство, не ликвидировано, несмотря на 20 лет существования марксизма в России. Мы должны признать, что Сталин в отношении христианства не оказывал ему поддержки. Мы сами не могли бы действовать в этом отношении лучше, чем он. Но если бы Сталин взял бы себе в союзники православие, то его национализм окреп бы в тысячи раз, и это был бы удар такой силы по нам, то есть по (еврейской) революции! Кроме того, если бы это случилось, это сделало бы полностью невозможной, хотя бы видимую нашу кооперацию со Сталиным!
К. - Итак, я понимаю, что вы дали определение трём фундаментальным причинам, дали приблизительную раскладку. Но я подчеркиваю, что я оставляю за собой право сомневаться. Теперь можете продолжать.
Р. - Наступает момент. Однако я должен обмолвиться, что я, тем не менее, говорю только от себя лично. Потому что я, так или иначе, интерпретирую «Их» точку зрения. Я допускаю, что «Они» могут рассматривать и другие решения, о которых мне неизвестно, относительно этих трёх целей. Имейте это ввиду.
К. - Хорошо, мы будем иметь это ввиду, пожалуйста, говорите.
Р. - Мы упростим. Поскольку германская военная машина была создана для того, чтобы вернуть власть в СССР нам, то есть троцкистской оппозиции, а эта троцкистская оппозиция разгромлена, то в настоящее время цель такая, чтобы направить бросок Гитлера не на Восток, а на Запад.
К. - Точно вы уже обдумывали, как это можно устроить?
Р. - У меня было достаточно времени на Лубянке. Я обдумывал. Смотрите: нам трудно найти общие точки между собой, но если в остальном всё нормально, то проблема сводится к нахождению общих точек соприкосновения между Сталиным и Гитлером.
К. - Но это проблематично.
Р. - Но отнюдь, не нерешаемо, как это вы думаете. В реальности проблемы нерешаемы, только, если они включают в себя диалектически субъективные, моральные ограничения. Но, даже в этом случае, мы всегда считаем возможным диалектический синтез, преодолевающий морально ограниченную Христианскую догму.
К. - Вы снова пускаетесь в теоретизирование.
Р. - Это необходимо для меня, как результат моей интеллектуальной дисциплины. Люди высокой культуры предпочитают приближаться к конкретному через обобщения.
К Гитлеру и Сталину можно подобрать общий ключик, потому что, будучи разными людьми, они имеют одинаковые корни. Гитлер патологически сентиментален, Сталин в этом отношении нормален, но оба они эгоисты. Ни один из них не является идеалистом, и именно поэтому они оба националисты, бонапартисты и отсюда - классические империалисты. И уже отсюда нетрудно найти для них общую платформу. Почему нет, если был возможен союз между императрицей Екатериной Второй и Прусским королём?
К. - Раковский, вы неисправимы.
Р. - Вы не догадываетесь? Если Польша была поводом к объединению Екатерины Второй и прусского императора Фридриха, то почему и сейчас Польше не послужить причиной общего интереса у Гитлера и Сталина? В Польше интересы Гитлера и Сталина могут совпасть, и поэтому мы можем их обоих натравить на Польшу, учитывая, что Польша всё равно является христианским государством, и тем более, католическим; и в этом отношении мы выполняем «Их» (Финансового Интернационала) прямые директивы.
К. - И что следует из этого ужасного совпадения?
Р. - Если есть общая почва, то есть и возможность соглашения.
К. - Между Гитлером и Сталиным? – Абсурд! Невозможно в принципе!
Р. - В политике нет абсурдов, а так же нет и невозможностей.
К. - Давайте рассмотрим гипотезу: Гитлер и Сталин наступают на Польшу.
Р. - Разрешите теперь мне вас прервать: атака может быть описана только в следующих терминах: война или есть, или её нет, то есть - мир. Правильно?
К. - Хорошо, тогда что?
Р. - Вы себе можете представить, что Англия и Франция, с их худшими армиями и авиацией, чем у Гитлера, могут атаковать объединённые силы Гитлера и Сталина?
К. - Да, это кажется очень трудным, если не Америка…
Р. - Давайте пока на минуту оставим Америку в покое. Вы согласны, что если Гитлер и Сталин сообща нападут на Польшу, то война в Европе не начнётся?
К. - Вы делаете логические схемы, но это практически невозможно.
Р. - Потому что европейская война в этом случае бесполезна, она не вызовет взаимное разрушение капиталистических государств. После этого угроза Гитлера СССР останется, так как теоретически оба государства укрепятся в одинаковой степени. На практике Гитлеру это укрепление нужно больше, потому что СССР не нуждается в увеличении территории и ресурсов в большей степени, чем у него уже есть, но Гитлеру это надо позарез.
К. - Это правильно…. Но я не вижу выхода из этой ситуации.
Р. - Решение есть.
К. - Какое?
Р. - Что демократические страны должны атаковать, и одновременно не атаковать агрессора. (После объявления Британией и Францией Войны Германии в сентябре 1939 года, военных действий на Западном фронте действительно не было вплоть до мая 1940 года! Отсюда термин для этого периода «Странная Война»)
К. - Что вы говорите! Это галлюцинация! Это абсурд!
Р. - Вы так думаете? Успокойтесь. Разве у нас не два агрессора? Разве мы не пришли к выводу, что демократические страны не начнут атаку, потому что агрессоров двое. Хорошо…, что предотвращает атаку на одну из них?
К. - Что вы хотите этим сказать?
Р. - Просто я хочу сказать, что Англия и Франция объявят войну только одному агрессору, а именно, только Гитлеру. (Что и случилось через полтора года!).
К. - Хорошо, но это необоснованное утверждение.
Р. - Гипотеза, но вполне обоснованная. Смотрите сами: Каждое государство, которое будет воевать против коалиции вражеских государств должно иметь стратегию разгромить их один за другим. Это очевидно, и можно этого просто только коснуться. Согласитесь, что нет никаких препятствий, чтобы создать нужные нам условия. Я думаю, что Сталин особо не будет возражать в случае, если вопрос о нападении Англии и Франции на Гитлера уже вопрос решённый. Разве это не так? Вдобавок география подсказывает это, и стратегию тоже. Насколько бы глупы не были Англия и Франция, намереваясь воевать против обоих стран, они не могут этого, потому что у них нет общей границы с СССР. Как они нападут на СССР, через Гималаи? Да есть авиация, но откуда и какими силами они нападут на СССР? В сравнении с Гитлером их авиация слабее. Поэтому Франция предпочла бы соблюсти нейтральность, хотя Англия и представляет для себя реальную угрозу для Германии и СССР. Всё, что я вам говорю, это не военный секрет, это всем хорошо известно. Вы видите, что на самом деле, всё не так уж и сложно.
К. - Ваши аргументы кажутся логичными, если число участников ограничится четырьмя странами, однако их больше, и нейтральность - это не простой вопрос в войне такого масштаба.
Р. - Без сомнения, однако множественное участие не изменяет основного соотношения силы. Взвесьте всё, и вы увидите, как баланс силы останется тем же, даже если много, или даже все европейские страны вступят в войну. Вдобавок, ни одна страна, которая вступит в войну на стороне Англии и Франции, не отберёт у них лидерства. Поэтому те географические причины, по которым Англия и Франция не могут напасть на СССР, будут оставаться.
К. - Вы забываете про Соединённые Штаты.
Р. - Немного погодя вы увидите, что я не забыл про США. Сейчас я пока в подготовительном периоде вынужден ограничить их участие. Я просто должен сказать, что США всё равно не могут заставить Англию и Францию напасть на Гитлера и Сталина одновременно. Чтобы это было возможным, США должны сами воевать с первого дня, но это для них не возможно. Прежде всего, Америка никогда не нападала первой и не будет этого делать и сейчас. Другое дело, что их руководство может организовать нападение на самих себя, если им это будет надо (впоследствии - Пирл Харбор и 11 сентября 2001 года). Что это они устроят, это я вас могу заверить точно. Причём, если провокации будут безуспешными, и противник не будет на них поддаваться, то США изобретут войну. Во время их первой войны против другой страны, против Испании, в поражении которой американцы были уверены, американцы изобрели войну. Если выражаться точнее, то «Они» подстроили войну. В 1914 году провокация была успешной. Да, технически можно спорить, была ли она. Но это правило без исключений: что тот, кто нападает первым без предупреждения, нападает с помощью провокации. Существует только одно «но»: блестящая американская техника провокаций, которую я всегда приветствую, обусловлена внутренним моментом в США. Во-первых, они должны иметь вооружение, в количестве необходимом для войны. Сейчас оно у них есть? – Очевидно, что нет. В настоящий момент у Америки только сто тысяч человек под ружьём и средненькая авиация. У Америки только внушительный флот. Но вы можете сообразить, что только с этим Америка не может заставить Англию и Францию атаковать СССР, поскольку Англия и Франция имеют преимущество перед СССР только на море. И я вам уже доказывал, что с этой стороны опять не будет никакого изменения в соотношении сил.
К. - Я согласен с этим и прошу ещё раз остановиться на технической реализации.
Р. - Как вы видели, вследствие внезапно созданной одинаковости в интересах Гитлера и Сталина относительно Польши, всё сводится только к формализации этой одинаковости целей в виде договора, и чтобы сделать пакт о взаимном ненападении.
К. - И вы думаете, это так легко?
Р. - Если искренне, то - нет. Здесь нам нужна дипломатия покруче сталинской. Здесь нам нужны люди, которых Сталин ликвидировал, один из которых сейчас гниёт на Лубянке. В старое время Литвинов (Воллах-Финкельштейн) мог бы, но его национальность была бы препятствием для переговоров с Гитлером. Но теперь Литвинов конченный человек, и он испуган до смерти; он боится Молотова даже больше чем Сталина. Теперь его весь талант направлен на то, чтобы разубедить их в том, что он Троцкист. Если он услышит о том, что ему надо наладить отношения с Гитлером, то для него это будет равнозначно, что он сам своими руками должен сделать из себя троцкиста. Я лично не вижу человека, способного выполнить эту работу, тем более что он должен быть чистокровным русским. Себя я мог бы предложить только для руководства. На настоящий момент я бы предположил, что те, кто начнут переговоры, делали бы это строго секретно, но с большой взаимной искренностью. Мы имеем тут полно всяких предрассудков, и только полная искренность и доверие могут обмануть Гитлера!
К. - Я опять не понимаю парадоксов.
Р. - Вы мне простите, но это только внешне парадоксы. Я вынужден делать так из-за диалектического синтеза. Я просто хотел сказать, что с Гитлером надо играть в чистую игру касательно ближайших и конкретных планов. Необходимо показать ему, что вся игра играется не для того, чтобы заставить его воевать на два фронта. Например, возможно пообещать ему и при случае показать, что наша мобилизация будет ограничена небольшими силами, необходимыми для вторжения в Польшу, и эти силы будут лимитированы. В соответствии же с нашим настоящим планом, мы должны поместить наши главные силы, чтобы встретить возможное англо-французкое нападение. Сталин будет щедрым с предварительными поставками сырья, которые Гитлер будет требовать, в основном это касается нефти.
Вот так мне это всё на данный момент представляется. Тут могут возникнуть ещё тысячи нюансов того же характера, которые необходимо будет решить по ходу дела, таким образом, чтобы Гитлер, видя, что мы честно оккупируем только «нашу» часть Польши, думал бы, что всё в порядке. И поскольку мы так и сделаем, то Гитлер будет обманут посредством искренности.
К. - И где здесь обман?
Р. - Я дам вам несколько минут с тем, чтобы вы сами для себя открыли, где тут обман для Гитлера. Но сначала я должен подчеркнуть, и вы должны взять на заметку, что план, который я вам тут обрисовал, является логическим и нормальным. И моё мнение, что мы можем достигнуть того, что капиталистические государства разрушат друг друга в этой войне, если мы столкнём два их крыла: капиталистическое и фашистское. Я повторяю, что план нормальный и логический. Вы видите, что тут нет вмешательства неизвестных и таинственных факторов. Вкратце, чтобы вы смогли представить себе весь план, то здесь «Их» вмешательство не нужно.
Ну что, вы, наверно, думаете, а зачем было вообще тратить время на доказательство существования и власти неуловимых «Их»?
К. - Да.
Р. - Будьте со мной искренни. Вы что, действительно не замечаете «Их» (Финансового Интернационала) вмешательства? Я вам хотел помочь, показать, что «Их» вмешательство есть, и что оно решающее. И именно по этой причине план выглядит логичным и натуральным. Вы что, действительно, не видите «Их»?
К. - По правде говоря – нет.
Р. - Логичность и натуральность моего плана только внешние. Логичнее и натуральнее, если Гитлер и Сталин нападут и разобьют друг друга. Для Англии и Франции это было бы проще и легче, если бы они именно это поставили себе целью. Для Англии и Франции было бы достаточным, если бы Гитлеру было позволено напасть на Россию. Заметьте, я подчёркиваю слово, позволено атаковать СССР. Не говорите мне, что Германию нельзя разбить. Если русских просторов и страха перед палачами Сталина будет недостаточно, чтобы достичь военного истощения Германии, тогда Западные страны начнут помогать Сталину, пока не будет достигнуто полное истощение обоих сторон. Вот это было бы гораздо более логичнее и натуральнее. В самих же этих «демократиях» люди вообще не понимают что причина, а что следствие.
Существует только одна цель, одна единственная цель- торжество Коммунизма (Еврейского Интернационала)! Это не Москва будет диктовать демократиям - но Нью-Йорк; не «Коминтерн» - но «Капиталинтерн» с Уолл-стрита. Кто другой может наложить на Европу столь очевидные и абсолютные противоречия? Какая другая сила будет вести это к полному самоубийству? Только одна сила способна на это - деньги. Деньги - это сила, и это единственная сила.
К. - Я буду откровенен с вами, Раковский. Я допускаю, что у вас есть и дар, и талант. У вас блестящая диалектика и если этого недостаточно, то вы прикладываете ещё и своё воображение. Но хотя мне и интересно, этого мне недостаточно. Я должен задать вам вопросы, исходя из того, что я поверил всему, что вы мне тут сказали.
Р. - И я вам отвечу, но при одном условии: что вы ничего не будете ни добавлять, ни вычитать из моих ответов.
К. - Я обещаю. Вы утверждаете, что «Они» препятствуют, или будут препятствовать войне между Германией и СССР, что было бы логично с точки зрения демократических, капиталистических стран. Я правильно говорю?
Р. - Совершенно верно.
К. - Но ведь реальностью является то, что Германии разрешили перевооружиться и расшириться, и это факт. Я знаю, что вы объяснили это, тем, что был расчёт на приход к власти в СССР Троцкистов, но этот план отпал. В свете новой ситуации вы советуете, что Гитлер и Сталин должны подписать пакт о ненападении и разделить Польшу. Я вас спрашиваю: откуда у нас гарантии, что имея этот пакт или не имея, деля или не деля Польшу, Гитлер не будет атаковать СССР?
Р. - Это не может быть гарантировано.
К. - Так чего об этом говорить?
Р. - Не торопитесь. Огромная угроза для СССР реальна и существует. Это не гипотеза и не словесная угроза. Это факт, а факт обязывает. «Они» - выше по положению, чем Сталин, и от этого никуда не денешься. Сталину даётся только право выбрать между двумя предложенными вариантами, но не полная свобода. Нападение Гитлера произойдёт так или иначе. «Им» необязательно прикладывать никаких усилий, но просто предоставить Гитлеру шанс для действий. Это есть основная и определяющая реальность, которая забыта вами виду вашего кремлёвского стиля мышления. Эгоцентризм, Сэр, Эгоцентризм.
К. - Право выбрать?
Р. - Я определю ещё раз, но кратко. Или будет нападение на СССР, или будет реализация плана, который я указал, когда европейские капиталистические страны перебьют друг друга. Я обращаю внимание на эту альтернативу, однако, как вы видите, она только теоретическая. Если Сталин хочет выжить, тогда ему придётся выбрать план предложенный мной и одобренный «Ими».
К. - А если он отвергнет?
Р. - Для него это невозможно. Вооружение и экспансия Германии будет продолжаться. Когда Сталин будет поставлен перед такой угрозой, что он сделает? Инстинкт самосохранения его заставит.
К. - Кажется, что все события происходят только в соответствии с «Их» приказами.
Р. - Так оно и есть. И в СССР к этому и идут. А как же может быть иначе, и чего тут предсказывать. Если это выгодно любому нормальному человеку, то так и произойдёт. Сталин же не похож на человека подумывающего о самоубийстве. Гораздо труднее прогнозировать и заставлять действовать тех, у кого нет выгоды, но им всё равно надо действовать, в данном случае демократические, капиталистические страны. Я задерживал объяснения до этого момента, чтобы дать точную картину истинного положения. Вам лучше выкинуть из головы мысль, что вы судья в этой ситуации. Судьёй являются «Они».
К. - «Они» везде. Мы должны иметь дело с призраками?
Р. - Что, факты - это призраки? Международное положение будет чрезвычайным, но не призрачным. Оно реальное, и очень реальное. Это не чудеса, так предопределяется мировая политика. Вы что, думаете это работа призраков?
К. - Но давайте посмотрим. Давайте предположим, что ваш план принят… Но нам надо что-то иметь конкретное, чтобы вести с ними переговоры.
Р. - Например?
К. - Личного «Их» представителя, облечённого властью.
Р. - Для чего? Только для того чтобы с этой личностью познакомиться? Чтобы приятно поболтать? Учтите, что такая личность, в случае её появления, не будет предъявлять вам верительные бумаги, удостоверения с гербовыми печатями, не будет носить дипломатический костюм, отороченный золотом. Человек от «Них» не имеет ничего сказать, чтобы имело бы формальную юридическую силу или договорённость. Вы должны понять, что «Они» - это не государство. «Они» - это то, что коммунистический Интернационал был до 1917 года, который с одной стороны ничто, а с другой стороны – всё. Представьте себе переговоры СССР с масонами или шпионской организацией, с македонскими комитадами или хорватскими усташами. Что может быть тут подписано? Такие пакты находятся на уровне пакта, который Ленин подписал с людьми, которые обеспечили ему специальный поезд; или который подписал Троцкий и «Они»». Это всё реализуется без письменных документов и подписей. Единственная гарантия выполнения соглашения коренится в обстоятельствах, что то, о чем договариваются, выгодно обеим сторонам. Эта гарантия – единственная реальность договора, какой бы он не был важный.
К. - Вот здесь, с чего бы вы начали?
Р. - Я бы завтра же связался с Берлином.
К. - Чтобы договориться об атаке на Польшу?
Р. - Я бы с этого не начинал. Я бы показал наше желание уступить и намекнул на некоторое недовольство капиталистическими странами. Я бы не упирался в Испании. Это было бы актом поощрения. Затем я намёкнул бы на Польшу. Как вы видите - ничего компрометирующего, но достаточное, чтобы германское командование представило бы это Гитлеру.
К. - И всё?
Р. - Для начала ничего больше. Для дипломатии это уже много.
К. - Честно говоря, имея виду те цели, которые до сегодняшнего дня доминировали в Кремле, я не думаю, что кто-нибудь отважился бы советовать такую резкую перемену в политике. Вы себе представьте, Раковский, вот на основании всего того, что вы мне сказали. Это будет возможно убедить людей в Кремле, от которых зависит решение? Я, не смотря на то, что я ощущаю влияние вашей личности, ни на секунду не могу представить Советско-Германский пакт возможным.
Р. - Международные события неумолимо вынудят это…
К. - Но это будет потеря драгоценного времени. Подумайте над чем-нибудь конкретным, что я мог бы представить как доказательства вашей правоты и честности… В противном случае, я не смогу осмелиться предать эту информацию. Я должен буду зафиксировать наш разговор в точности, но это всё останется в архивах.
Р. - Может быть, мне было бы возможным побеседовать с каким-нибудь очень важным лицом?
К. - Это могло быть реальным.
Р. - Но с кем?
К. - Это моё личное мнение, Раковский. Вы упомянули конкретных людей, больших финансистов. Если я правильно помню, вы упоминали конкретные лица, например, Шифф. Потом ещё другой, который приходил и разговаривал с Гитлером, насчёт финансирования его партии. Имеются же политики или люди с большим положением, которые принадлежат к «Ним» или как вы говорите, служат «Им». Кто-нибудь из таких мог бы помочь нам начать что-нибудь конкретное. Вы кого-нибудь знаете?
Р. - Я не думаю, что это необходимо. Подумайте: что вы будете обсуждать? Возможно, план, который я предложил, не так ли? Но зачем? В настоящий момент «Им» не надо ничего делать на этот счёт. «Их» миссия, это – «не делать». И по этой причине вы не сможете придти к соглашению относительно каких либо позитивных действий, и не сможете требовать их.
К. - Если это и так, однако, должна же быть какая-то реальность, хотя бы и бессмысленная…, человек, персона, которая могла бы подтвердить действительность той власти, которую вы описываете как, «Они».
Р. - Я думаю, что я смогу вас удовлетворить, хотя я и уверен в бессмысленности этого. Я уже сказал вам, что я не знаю, кто работает на «Них». Но я имею уверения от человека, который должен их знать.
К. - От кого?
Р. - От Троцкого. От Троцкого я знаю, что один из «Них» был Вальтер Ратенау, который хорошо известен с Рапалло. Это был последний из «Них», который занимал политическую и социальную должность, потому что это был он, который разрушил экономическую блокаду СССР. Кроме этого, он был одним из богатейшим миллионеров, как и Лайонел Ротшильд. Я могу точно указать только на эти лица. Я могу назвать ещё больше людей, работа и личность которых указывают на принадлежность к «Ним». Но я не могу подтвердить, что эти люди или сами командуют, или кому они подчиняются.
К. - Назовите некоторых.
Р. - Как организации, это Банк “Kuhn.Loeb & Co.” с Уолл-Стрита. Этот банк принадлежит семьям Шиффа, Варбургов, Лёба и Куна. Я перечисляю эти семьи отдельно, но на самом деле они все породнёны между собой. Потом: Baruch, Frankfurter, Altschul, Cohen, Benjamin, Strauss, Steihardt, Blom, Roseman, Lippmann, Lehman, Dreifus, Lamont, Rothschild, Lord, Mandel, Morgenthau, Ezekiel, Lasky. Достаточно? Если бы я напряг свою память, то я назвал бы ещё. Но я повторяю, что я не знаю, кто из них точно принадлежит к ним, я не могу заверить это с точностью, поэтому я хотел бы избежать ответственности в данном случае. Но я уверен, что эти люди в любом случае вхожи к «Ним». Конечно, независимо от того принадлежит лицо к ним или нет, никто не получает никакого ответа - ответ будет только на основании фактов. «Они» всегда предпочитают такую тактику, и благодаря этому «Они» представляют собой силу, с которой приходится считаться. Например, если бы вы предпочли дипломатические инициативы, то тогда вам не обязательно искать личного контакта с «Ними». Необходимо строго ограничить свои планы, гипотезы, всё, что зависит от неопределённых факторов. И затем, только ждать.
К. - У меня нет под рукой картотеки, чтобы поверить все имена, какие вы только что назвали. Я так представляю, что все они находятся где-то очень далеко. Где?
Р. - Большинство - в США.
К. - Пожалуйста, вы должны понять, что если мы решаем действовать, то нам надо много времени. А дело срочное, и дело это срочное для вас, а не для нас, Раковский.
Р. - Для меня?
К. - Да, для вас. Вспомните, что ваш суд будет очень скоро. Я думаю, что можно без натяжки утверждать, что если у вас есть что сказать важное для Кремля, то это должно быть сказано до того как вы появитесь перед трибуналом. Для вас это решающий фактор. Я думаю, что это в ваших личных интересах предложить нам что-нибудь быстрее. Наиболее важно для вас доказать, что вы говорите абсолютную правду, и доказать вы это должны не за несколько недель, а за несколько дней. Я думаю, что если у вас получится, то я мог бы дать вам солидные гарантии того, что вам сохранят жизнь. В противном случае, я ни за что не отвечаю.
Р. - Ладно, я рискну. Вы не знаете, Дэвис сейчас в Москве? Да, посол Соединённых Штатов.
К. - Я думаю, да. Он должен был вернуться.
Р. - Только чрезвычайная ситуация даёт мне право, я так думаю, против правил, использовать официального агента.
К. - Отсюда мы можем сделать вывод, что американское правительство позади всего этого…
Р. - Позади – но не всего.
К. - Рузвельт?
Р. - Что я знаю? Я только могу делать выводы. У вас же мания политического шпионажа. Я могу, чтобы вас удовлетворить, сочинить целую историю. У меня более чем достаточно воображения, чтобы собрать настоящие факты и даты, чтобы было правдоподобно. Наиболее правдоподобны очевидные факты. Смотрите сами. Помните утро 24 октября 1929 года? Придёт время, когда для мировой (еврейской) революции этот день будет более значителен, чем октябрь 1917 года. В этот день, 24 октября, произошёл крах на Нью-Йоркской бирже, начало так называемой «Великой депрессии», а на самом деле – реальной революции. Четыре года президентства Гувера были годами настоящей предреволюционной подготовки. 12-15 миллионов участвовали в забастовках. В феврале 1933 года происходит последний удар этой революции – закрытие банков. Невозможно сделать более того, чем сделала финансовая мафия, чтобы сломать классический американский образ жизни и в экономическом отношении закабалить среднего американца, который был привязан к своему индустриальному базису. Это общеизвестно, даже в животном мире, что любое улучшение в экономике даёт всплеск паразитизма. А капитал – это один огромный паразит. Эта революция 1929 года в Америке преследовала своей целью дать ещё больше власти над деньгами тем, кто уже и так ими распоряжается. Хотя деньги - это власть, но до 1929 года эти люди действовали через деньги не прямо. Но после 1929 года эти люди пришли к власти в Америке непосредственно. Человек, посредством которого «Они» пришли к власти в Америке, был Франклин Рузвельт. Вы поняли? Запомните следующее: в этом 1929 году, первом году настоящей Американской революции, Троцкий в феврале покидает Россию, а крах наступает в Америке в октябре… Финансирование же Гитлера начинается в июле 1929 года. Вы по-прежнему настаиваете, что это всё несвязанные события?
Четыре года президентства Гувера были использованы для подготовки захвата власти как в Америке, так и параллельно в СССР. В Америке это было проделано с помощью финансовой революции, а в СССР это должно было быть сделано с помощью войны и последующего поражения. Ну что, хороший сценарий? Вы должны понимать, что исполнение плана такого масштабов требовало специально подготовленного человека, который мог бы использовать исполнительную власть США в «Их» целях. Этими людьми были Франклин и Элеанора Рузвельт.
К. - Сам Рузвельт принадлежит к «ним»?
Р. - Я не знаю, он один из «Них» или он только «Их» агент. Что вам ещё надо? Но я думаю, что Рузвельт полностью осознавал свою миссию. А действовал он добровольно или под угрозой? Я знаю только, что Рузвельт выполнил свою миссию полностью и в точности. Больше не спрашивайте, я всё равно не знаю.
К. - Если будет надо подойти к Дэвису, в какой форме это можно сделать?
Р. - В первую очередь вы должны найти личность, как «Барон». Он сам мог быть полезен, он ещё жив?
К. - Я не знаю."
(Прим. проф. Столешникова: По всей видимости «Барон» - это Эдуард Эдуардович Эссен - это его партийная его кличка была «Барон». Высокого роста, стройный, с вьющимися белокурыми волосами, он и в самом деле мог сойти за какого-нибудь немецкого или шведского барона..."
Источник: Николай Евгеньевич Буренин. "ПАМЯТНЫЕ ГОДЫ". Воспоминания. Лениздат 1967).
Р. - Хорошо, человека подбирайте сами. Ваш делегат должен подать себя конфиденциально, и не умеренно, а как секретный оппозиционер. Разговор должен быть построен умно, учитывая ту противоречивую ситуацию, в которую ставят СССР капиталистические страны своим анти-национал-социалистическим союзом. Это заключение союза настоящих империалистов: Британии и Франции, против потенциальных империалистов: Германии и СССР. Цель словесных выражений в разговоре, это соединить фальшивую Советскую позицию с совершенно такой же фальшивой позицией Американской дипломатии. Они тоже вынуждены поддерживать колониальный империализм, для того, чтобы защитить демократию в Англии и Франции. Вам ясно, что вопрос должен быть поставлен на очень строгое логическое основание. После этого, будет уже легче сформулировать предположение насчёт действий. Первое: что ни СССР, ни США не заинтересованы в существовании Европейского империализма, и, таким образом вопрос сводится к вопросу о персональной гегемонии. То есть, идеологически и экономически, прямо или косвенно, Россия и Америка хотят разрушения системы старого Европейского Колониализма. США хотят этого даже в большей степени. Если Европа потеряет в новой войне всю свою силу, то, с исчезновением Европы как силы, Англия, не имея своих собственных сил, с первого дня останется ни с чем, и, весь центр тяжести англо-язычной Британской империи перейдёт на Соединённые Штаты. Это неизбежно и в политическом, и в экономическом смысле…
Анализируйте, что вы услышали в свете левого (еврейского) заговора, как можно было бы сказать, без того чтобы не вызвать шок у среднего американского буржуа. Дойдя до этого пункта, можно будет сделать перерыв на несколько дней. Затем, отметив реакцию, можно будет двигаться дальше. Теперь вперёд выйдет Гитлер. Здесь можно указывать на любую агрессию. Гитлер – агрессор, и это надо делать неподдающимся сомнению. И затем надо прейти к вопросу: какие совместные действия должны будут предприняты США и СССР в виду неизбежной войны меду империалистами? Ответом мог бы быть: нейтралитет. Опять можно спорить: да, нейтралитет, но это не зависит от желания одной стороны, но и от желания агрессора тоже. Гарантия нейтралитета может быть только тогда, когда агрессор не может атаковать, или ему это неблагоприятно. На это есть только один ответ: атака на агрессора или другое империалистическое государство. От этого легко уже прейти к выражению необходимости и моральности, для гарантии безопасности и к обоснованию необходимости провокации столкновения между империалистами, если эта война не возникнет по их собственным причинам. И если это будет принято хотя бы в теории, а это будет принято, то можно уже перейти к отработке конкретных действий, а это уже вопрос техники.
Вот схема:
1). Пакт с Гитлером, с целью разделения между нами (Германия и СССР) Чехословакии и Польши, (последнее лучше).
2). Гитлер согласится. Если он способен ради завоевания на блеф, то есть на захват чего-нибудь в союзе с СССР, то для него будет полная гарантия, что Англия с Францией уступят. Он не поверит их словесным угрозам, поскольку он знает, что те, кто хочет запугать военными угрозами, в то же самое время, пропагандируют разоружение, и их разоружение реальное.
3). Англия и Франция будут атаковать Гитлера, но не Сталина. Они будут объяснять людям, что хотя оба виноваты в агрессии и расчленении, но стратегические соображения вынуждают их разбить их по очереди, сначала Гитлера, а затем только Сталина.
К. - А они не будут и нас тоже обманывать правдой?
Р. - Но как? Разве Сталин не лишился свободы действий, для того чтобы существенно помочь Гитлеру? Разве не мы дали ему возможность продолжать войну между капиталистами до последнего человека и патрона? И поскольку истощённые Англия и Франция уже имеют достаточно внутренней революции, то она-то, революция, и получает возможность победы.
К. - Но если Гитлер добьётся быстрой победы? Или он, как Наполеон, мобилизует всю Европу для сражения с СССР?
Р. - Это вполне вероятно. Но тут вы забываете о существовании США. Вы упускаете самый сильный фактор, разве Америка не должна натурально помочь Англии и Франции? И в таком положении как Америка, она получает уникальную возможность затягивать войну до полного истощения сторон.
К. - А Япония?
Р. - Разве для них не достаточно Китая? Пусть Сталин гарантирует им своё невмешательство. Японцы очень уважают самоубийство, но не в такой степени, чтобы одновременно атаковать СССР и Китай. У вас есть ещё возражения?
К. - Нет, если бы это зависело только от меня, я бы попробовал..., но вы верите, что «Их» делегат...?
Р. - Да, я верю. У меня не было случая говорить с ним, но заметьте одну деталь: о назначении Дэвиса стало известно в ноябре 1936 года (сразу после выборов). Мы должны предположить, что Рузвельт хотел послать его как можно скорее и, имея виду как раз это, начать подготовительные шаги. Мы все знаем, что официальная процедура назначения отнимает более двух месяцев. Я думаю, что о его назначении уже было договорено ещё в августе. А что было в августе? – Да, в августе были расстреляны Зиновьев и Каменев. Я готов поклясться, что назначение Дэвиса связано с новой стратегией «Их» по отношению к Сталину, именно после этого расстрела. Я просто уверен в этом на все сто процентов. С какой внутренней радостью должно быть Сталин наблюдал уничтожение своих врагов? Вы не знаете, он был на суде над Радеком?
К. - Да.
Р. - Вы его увидите. Поговорите с ним. Он ждёт этого уже несколько месяцев.
К. - Этой ночью мы должны закончить. Но прежде чем мы расстанемся, я должен знать нечто большее. Предположим, что всё это правда, и всё пройдёт успешно. «Они» выставят определённые условия. Подумайте, что это могут быть за условия?
Р. - Это не трудно предугадать. Первым условием будет прекращение ликвидации оппозиции (!), троцкистов, как вы называете. Затем, «Они» будут требовать установления определённых зон влияния, как я уже упомянул – границ, которые будут отделять формальный коммунизм от настоящего. И это есть наиболее важное условие. Конечно, будут взаимные уступки, во время того, как выполняется план. Вы будете видеть великий парадокс: как огромная толпа врагов, окружающая Сталина кинется к нему помогать; нет, они не профессиональные шпионы, и не простаки. Вы увидите появление влиятельных личностей на всех уровнях общества, в том числе и на очень высоких, которые будут помогать Сталину строить его формальный Коммунизм, а на самом деле приближать настоящий (еврейский) коммунизм. Вы меня понимаете?
К. - Немного. Это такая казуистика, которая окружает всё.
Р. - Если надо заканчивать, то что я могу сказать, чтобы вы поняли. Марксизм называли Гегельянским. На самом деле это не так. Гегельянский идеализм это популярное объяснение для людей натурального каббалистического мистицизма Баруха Спинозы. «Они», Финансовый Интернационал – все Спинозисты (Евреи)!
Вернее будет, что Спинозизм – это «Ими» заказанная философия, которая есть обычный Иудаизм, но в современном изложении. Таким образом, что любой Гегельянец, на самом деле является Спинозистом а, следовательно, и Кабаллистом, и Иудеем. Поэтому все гегельянцы (гои), незаметно становятся спинозистами а, следовательно, и формальными иудеями; но являются ими только временно и ограниченно. Вопрос вообще не стоит так, как преподносится Марксизмом: что в результате уничтожения противоречий будет синтез. Это недопонимание идёт из каббалистической формулы: тезиз-антитезиз=синтез. Однако синтеза вообще не будет. В реальности, по правде, будет достижение внутренней цели, и субъективно и объективно уничтожение врагов иудейской революции. Вы не замечаете уже этого? В Москве - коммунизм, в Нью-Йорке - капитализм. Это как тезис и антитезис. В Москве субъективный коммунизм, а в Нью-Йорке объективный капитализм, а настоящая цель – «Они», Финансовый Интернационал с их еврейским диалектическим спинозизмом.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

   Когда Раковского увели, «Гаврила Гаврилыч» некоторое время был погружён в себя.
Я смотрел на него и не видел его. Мои собственные идеи и концепции потеряли всю почву и, в любом случае, были поколеблены.
- Что ты обо всё этом думаешь? – спросил «Гаврила Гаврилыч».
- Я не знаю, я не знаю, – отвечал я, и я говорил правду. Но я добавил: «Я думаю, что это удивительный человек, и если мы имеем дело с фальсификацией, то это высший класс. Он – гений в любом случае».

   К. - Как результат, если мы будем иметь время, мы должны обменяться мнениями. Я всегда интересовался твоим мнением дилетанта, доктора. Но сейчас нам надо выработать программу. Мне ты нужен не как профессионал, а как приличный человек. Всё, что ты слышал в результате твоего особенного положения, может быть ничем, а может быть и тем, что по важности превышает всё остальное во много раз. Здесь умеренные оценки ни к чему. Ввиду этого, я хотел бы максимально ограничить число людей, которые знают об этом разговоре. Сейчас знают только я и ты. Сотрудник, обслуживающий магнитофон не знает французского языка. То, что мы не говорили по-русски, не было моим капризом. Короче, я буду благодарен тебе за перевод. Несколько часов поспи. Затем я скажу сотруднику, и он прокрутит тебе плёнку столько раз, сколько необходимо, чтобы перевести на русский и записать. Это будет трудная работа. Ты можешь использовать пишущую машинку и магнитофон включить на медленную скорость. Когда ты закончишь с французской версией, то я должен буду прочесть её. Несколько пояснений и замечаний я потом добавлю сам. Ты печатаешь на машинке?
Л. - Очень плохо и очень медленно, только двумя пальцами.
К. - Что-нибудь придумаем. Пожалуйста, делай ошибок как можно меньше.

   «Гаврила Гаврилыч» позвал охранника. Мы договорились начать работу в 11 часов, а уже было почти семь. И мы разошлись поспать.
Меня вызвали ровно в 11.
«Гаврила Гаврилыч» сказал мне сделать две копии перевода. Я сделал три, и третью спрятал на себе. Я рисковал, а он уехал в Москву. Я не жалею, что я имел мужество сделать это.

   Эпилог

   Как это теперь известно, Сталин последовал совету Раковского. Был пакт с Гитлером. И Мировая Война послужила интересам только Мировой (Еврейской) революции.

   К. - Ты помнишь разговор с Раковским? Ты помнишь, что Раковский не был приговорён к расстрелу? Зная всё, что знаешь ты, товарищ Сталин посчитал, что будет мудрым попробовать этот столь неочевидный план. Никто ничем не рискует, но имеется шанс выйти сухим из воды. Если ты напряжёшь свою память, то ты поймешь несколько вещей.
Л. - Я довольно хорошо всё помню. Не забывай, что я это все слушал дважды, когда переводил. Могу я узнать, вам удалось что-нибудь прояснить насчёт тех людей, о которых Раковский говорил как «Они»?
К. - Для того, чтобы показать мою конфиденциальность в тебя, я скажу тебе, что нет! Мы не знаем, кто такие «Они» с уверенностью, но в последний момент много из того, о чём говорил Раковский, было подтверждено. Например, оказалось правдой, что Гитлер был финансирован Уолл-Стритскими банкирами. Всё остальное тоже правда. Те несколько месяцев, что я тебя не видел, я посвятил исследованию информации, предоставленной Раковским. Это правда, что я не сумел установить, кто есть «Они» конкретно, потому что тут антураж, состоящий из финансистов, политиков, учёных, и даже священнослужителей очень высокого ранга, власти и богатства, которые находятся на очень высоких местах. Они в основном промежуточные лица, и если оценивать их положение по результатам, то странно и необъяснимо, по крайней мере с обычной точки зрения, как результаты их деятельности совпадают с идеями коммунизма. И, конечно, с очень и очень специфическими коммунистическими идеями. Но давай оставим все эти моменты в сторону: относительно характера, очертаний и профиля; потому что, объективно, как сказал бы Раковский, они все, как и Сталин, слепо и ошибаясь, объективно строят Коммунизм.
Они последовали совету Раковского вплоть до буквы. Не было ничего конкретного, но никто ничего не отвергал, и не было демаршей. Наоборот, они продемонстрировали огромное внимание ко всему. Посол Дэвис осторожно намекнул на прошлые процессы троцкистов и даже пошёл ещё дальше и намекнул, что для общественного мнения в Америке было бы неплохо, если бы Раковский был бы оправдан. Дэвис был в курсе всех процессов в марте и был на них собственной персоной, это нормально. Мы только не разрешили ему брать с собой специалистов, чтобы он не обменялся информацией с обвиняемыми. Дэвис не профессиональный дипломат и не знает всей специальной техники. Он был вынужден наблюдать, пытаясь наладить контакт своим взглядом, как мы и думали. Мы думаем, что он поднял настроение у Раковского и Розенгольца. Раковский позднее подтвердил, что Дэвис проявил к процессам большой интерес, и Раковский обменялся с ним секретным масонским приветствием.

   Был ещё один странный случай, который невозможно было подделать.
2 марта, на рассвете, некая таинственная и очень мощная радиостанция передала следующее сообщение, которое мы и получили: «АМНИСТИЯ, ИЛИ НАЦИСТКАЯ ОПАСТНОСТЬ БУДЕТ ВОЗРАСТАТЬ!»
Радиограмма была расшифрована в нашем посольстве в Лондоне. Вы понимаете, что это было сообщение очень большой важности!
Л. - И что, угроза была реальной?
К. - И ещё какой реальной! 12 марта судебные слушания закончились, и в 9 часов вечера суд удалился на совещание, и в этот же день 12 марта, в 5 часов 30 минут утра немецкие войска вошли в Австрию. Конечно, это была конкретная демонстрация силы! Что, нет? Или мы должны тупо пропустить все намёки Дэвиса, шифрограмму, совпадение введения войск в Австрию с приговором, а также молчание Европы, как будто она вовсе ни причём? Нет, хотя мы и не увидели «Их», но мы совершенно определённо слышали «Их» голос и поняли их язык.

Допрос Х.Г. Раковского 26 января 1938 г.


Замечания по этому новостному сообщению можно сделать Сергею Р. по адресу: ic.xc.nika.ru@gmail.com





Яндекс.Метрика

Коллекция.ру